Артиллерия Кузнецка XVII - первой половины XVIII вв. - Кауфман А.О. - К - Каталог статей - Города и остроги земли Сибирской
Site Menu

Категории каталога
Каберник Л.И. [1]
Казарян П.Л. [2]
КАМЕНЕЦКИЙ И.П. [1]
Каменецкий И.П., Резун Д.Я. [1]
Каменцева Е.И. [1]
Кардаш О.В. [1]
Карелин В.Г. [1]
Карпава А., Багрин Е.А. [1]
Катионов О.Н. [2]
Кауфман А.О. [1]
Кауфман Ю.Б. [1]
Каширин А.А. [1]
Клюева В.П. [1]
Кобозев В.Н. [1]
Коваленко С.Н. [1]
Козлов И.И. [1]
Конев А. Ю. [3]
КОНСТАНТИНОВА Н. [1]
Константинов М.В., Константинова Т.А. [2]
КРАДИН Н. П. [1]
Красноштанов Г.Б. [1]
Кружинов В. М., Сокова З. Н. [1]
Крюков В. В. [2]
Кудрин А. Ю. [0]
Кузнецов Г.С. [1]
Курдюмов М.Г. [1]
Куренная И.Г. [4]

Роман-хроника
"ИЗГНАНИЕ"

Об авторах
Иллюстрации
По страницам романа
Приобрести
"Сказки бабушки Вали"


Site Poll
Оцените мой сайт
Всего ответов: 1209

Начало » Статьи » К » Кауфман А.О.

Артиллерия Кузнецка XVII - первой половины XVIII вв.

Кузнецк, основанный в 1618 г., практически сразу же и до середины XIX в. выполнял весьма важные стратегические функции на юге Западной Сибири. Сначала он был пограничным укрепленным пунктом, и до 1730-х годов отражал и сдерживал многочисленные набеги кочевников — енисейских кыргызов, «белых и черных калмыков» (телеутов и джунгар). Затем, с освоением русскими верховьев Оби и Иртыша, Кузнецк становится приграничным городом, но военная функция по прежнему была одной из основных в его жизни. До середины XIX в. он входил в состав сибирских укрепленных линий, которые защищали здесь русские владения сначала от нападений кочевников — «киргиз-кайсаков» (казахов) и джунгар, а после 1758 г. — от территориальных притязаний Китая. Мы бы хотели остановиться на таком немаловажном аспекте обеспечения обороны Кузнецка и его окрестностей, как наличии артиллерии с нач. XVII до сер. XVIII вв. — в наиболее напряженный в военно-политическом отношении период.

С 1618 до 1628 гг. в Кузнецк каждый год присылались служилые люди из Томска. Их количество в разные годы колебалось от 8 до 50 человек [1]. Это были так называемые «годовальщики». С 1620 г. начинает формироваться постоянный военный гарнизон города, когда в нем уже находились первые воеводы — Тимофей Степанович Бабарыкин и Осип Герасимович Аничков [2]. В 1622 г. в Кузнецке уже было 28 служилых людей: 4 десятника, 23 пеших казака и кузнец [3]. Процесс формирования местного гарнизона заканчивается в 1628 году, тогда в городе было уже 100 человек служилых людей: 30 конных казаков, 20 «черкас» (выходцев из Украины), 50 пеших казаков [4]. Томские «годовальщики» больше сюда не присылались.

Сведениями о количестве орудий в Кузнецком остроге за первые 70 лет его существования мы не располагаем. Есть лишь косвенные данные, говорящие об их наличии в этот период. Например, в своей челобитной о награждении за сибирскую службу, в сентябре 1626 г. бывший кузнецкий воевода Евдоким Иванович Баскаков, в частности, писал, что «…прибавил в четвера Кузнецкаи острог, боин башну зделал и ворота» [5]. Здесь, вероятно, нужно читать: «бои на башню зделал». Устройство бойниц на башне может свидетельствовать о том, что в Кузнецке в середине 1620-х гг. были уже затинные пищали — тяжелые крепостные ружья, которые являлись промежуточным звеном между собственно ружьями и пушками.

Пушек в это время в Кузнецке, вероятно, не было. В пользу этого предположения косвенно говорят и данные о наличии пушкарей в сибирских городах, приведенные К.Б. Газенвинкелем на основании разрядных книг 1625-1636 гг. В Кузнецке в этот период пушкарей вообще не было. Даже в соседнем, более крупном Томске, пушкари появляются только в 1628 г., тогда в местном гарнизоне их было 3 человека [6]. Нам известно, что одна из первых томских пушек — «…пищаль железная …ядро фунт без чети» и боеприпасы к ней (155 ядер), отливались в Томске еще в 1626 г. [7].

В 1636/1637 году, судя по кузнецкой окладной книге, в городе находился уже один пушкарь, звали его Гришка Верига, и он получал денежное жалование в размере 6 рублей в год, на тот момент — самое большое жалование среди обслуживающего персонала гарнизона. Оно было больше чем у пешего казака (5 руб.), но меньше чем у конного (7 руб. 25 коп.) [8].

О количестве артиллерии в этом году сведений нет, но наличие пушкаря в гарнизоне косвенно подтверждает тот факт, что пушки в городе были.

В 1655 г. в Кузнецке несли службу уже 3 пушкаря, получали они также по 6 рублей в год денежного жалования [9]. Изменение в численном составе пушкарей по сравнению с 1636/1637 годом может свидетельствовать об увеличении количества пушек в Кузнецком остроге. А это, на наш взгляд, было связано с подготовкой к значительному укреплению острога, которая вылилась в большое «острожное строение», осуществленное в середине XVII в. Это «строение» заключалось в сооружении вокруг посада более протяженной деревянной стены. Старая стена защищала только центр острога, где находились основные административные здания. Посад же, где проживало большинство населения, оказался совершенно незащищенным от возможных нападений кочевников, а угроза таких нападений была постоянной для Кузнецка в течение XVII ‑ первой половины XVIII вв.

Почему это «острожное строение» мы склонны датировать именно серединой XVII века? Дело в том, стена вокруг посада уже была изображена на чертеже Кузнецка и его окрестностей из «Чертежной книги Сибири» С.У. Ремезова [10]. Мы согласны с мнением А.Ю. Огурцова, который приводит верхнюю дату составления этого чертежа как 1673 г. [11]. Мы также согласны и с нижней датой — 1648 г., которую выдвигают Ю.Б. Лучшева и Ю.В. Ширин [12]. Таким образом, этот чертеж можно датировать периодом с 1648 по 1673 г. Соответственно, и сооружение стены вокруг посада проходило именно в этот период. Ю.Б. Лучшева и Ю.В. Ширин также отмечают, что «облик Кузнецка к середине XVII в. мало отличался от изображенного на чертеже С.У. Ремезова» [13].

В 1689 г., когда очередной кузнецкий воевода Степан Моисеевич Скрыплев сменял воеводу Ивана Меркурьевича Конищева, он, кроме всего прочего, принял и так называемый «наряд» Кузнецка. В документе, составленном по этому поводу говорится, что в городе в 1689 г. было 10 медных и 3 железные пушки и 3 затинные пищали. Вес пушек колебался от 4 пудов «без четверти» до «29 пуд пол две гривенки — …пищаль медная полковая» (Подобная полковая пищаль изображена на Рис. 1). Ядра к этим пищалям весили от 1 до 3 фунтов. Вес же затинных пищалей находился в пределах от 0,5 до 2 пудов, а вес ядер — от 7 до 10 золотников. Всего к пушкам и затинным пищалям имелось на тот момент 902 ядра [14].

По этому документу известно местоположение семи из тринадцати пушек. Три из них находились на воротной проезжей башне, одна — «в среднем бою», две других — «в нижнем бою в воротех». Четвертая пушка находилась «на угловой башне от калмытцкого торговища». Пятая пушка располагалась на Спасской колокольне, шестая и седьмая — «под тою ж Спасскою колоколнею в нижнем бою» [15]. Интересно, что последние две пушки, располагавшиеся под Спасской колокольней, были недавно присланы из Томска. В томской отписке был указан вес только одной из этих пушек и ядер привезено только для одной этой пушки. К другой пушке не было прислано ядер, и не был указан ее вес. На ядра для нее из Томска было отпущено 3 пуда свинца [16]. В этом документе не указывается местоположение остальных шести орудий, хотя приводятся данные по их весу, а также по количеству и весу ядер к ним. Это может говорить о том, что они также были недавно присланы в город, и их еще не успели разместить.

Таким образом, из тринадцати орудий восемь были новыми, и такое значительное обновление артиллерии Кузнецка связано, очевидно, с сооружением третьей линии обороны города в 1687 г. под руководством воеводы И.М. Конищева. Тогда вокруг города был насыпан вал и сооружены башни по валу. Когда в 1689 г. С.М. Скрыплев сменял на кузнецком воеводстве И.М. Конищева, он, в частности, принял «Кузнецкой острог и вал земляной по острогу и по земляному валу башни и на башнях наряд» [17].

В 1701 г., по «Ведомости сибирских городов», в городе было 7 медных и 2 железные пушки и опять же 902 ядра к ним [18]. Сокращение количества пушек в Кузнецке по сравнению с 1689 г. может быть связано с тем, что часть орудий устарела, и их списали. Были списаны 3 медные и 1 железная пушки. По «Ведомости Артиллерийской канцелярии», в 1724 г. в Кузнецке было уже 25 пушек (8 медных и 17 чугунных) и опять же 3 затинные пищали. В этом документе не указывалось количество ядер к орудиям. Чугунные пушки представлены следующим составом: два 6-фунтовых орудия, шесть — 3-фунтовых, одно — 2-фунтовое, одно — 1-фунтовое и семь — без указания калибра (Подобные 6-фунтовая и 3-фунтовая пушки показаны на Рис. 2). Медных пушек было: три 3-фунтовых, четыре — 2‑фунтовых и одно — без указания калибра.

Кроме того, в острогах Кузнецкого уезда находились еще 9 пушек — 6 чугунных 3-х-фунтовых и 3 чугунных — без указания калибра. В 1724 г. в Кузнецке было 4 пушкаря, которые получали по 6 рублей денежного жалования [19].

В это время на юге Западной Сибири стала создаваться новая система обороны, в результате чего здесь началось строительство укрепленных линий. Документ 1724 г. подтверждает это, ведь в нем говорится и об артиллерии укрепленных пунктов Кузнецкого уезда. Да и артиллерия самого Кузнецка была усилена, видимо, в связи с этим же военным строительством. В городе продолжали сооружаться новые укрепления, например, в 1717 г. на Маяковой горе, «…на самом верху берега Томи, севернее острога, была заложена… цитадель, связанная с городом посредством деревянной стены» [20]. Для нее также нужны были пушки. Кроме этого, часть орудий, которые находились на тот момент в городе, предназначалась для укрепленных пунктов Кузнецкого уезда. Это, скорее всего, были 8 орудий «без указания калибра». Новые 3 пушки уже поступили на тот момент в окрестные укрепленные пункты.

В 1724 г. вышел указ, по которому служилые люди-земледельцы стали переводиться в разряд крестьян-разночинцев, и они должны были платить подати и выполнять повинности. В Сибири началась постепенная замена нерегулярных войск регулярными за счет формирования воинских подразделений нового типа и за счет присылки подобных частей из Европейской России. В Кузнецке этот процесс стал проходить только с 1734 г., когда в город «для более безопасной охраны границ» была переведена рота «регулярной пешей милиции Якутского гарнизонного полка» [21].

В 1734 г., во время пребывания в городе участников Академического отряда Второй Камчатской экспедиции, его руководитель — Г.Ф.Миллер, в том числе, дает описание кузнецкой артиллерии. «А ворота цитадели (т. е. цитадели 1717 г. — А.К.) и …нижнего города защищены пушками, которых в общей сложности при городе имеется: 1 железная 4‑фунтовая, 4 медные и 4 железные 3-фунтовые, 2 медные и 2 железные 2‑фунтовые и 1 медная и 1 железная треснувшие, вместе с относящейся к ним амуницией» [22]. Таким образом, в 1734 г. в городе было 13 годных и 2 негодных орудия. Затинные пищали, видимо, уже были сняты с вооружения.

В 1738 г., когда уже была сооружена Кузнецкая укрепленная линия от Кузнецка до Бийска, в городе находились 16 годных пушек: 6 медных и 10 чугунных калибром от 2 до 4 фунтов. Ко всем орудиям было 1016 ядер, и здесь же упоминаются и 2 медные негодные пушки. В этом году была произведена частичная замена орудий и увеличено их количество, по сравнению с 1734 г. В укрепленных пунктах Кузнецкого ведомства в 1738 г. значилось 18 орудий [23]. Сокращение количества пушек в городе в 1734-1738 гг. по сравнению с 1724 г. объясняется, на наш взгляд тем, что часть орудий была перевезена в укрепленные пункты Кузнецкого ведомства при сооружении пограничной линии от Кузнецка до Бийска. Об этом говорит и увеличение количества пушек в этих укреплениях с 9 — в 1724 г. до 18 — в 1738 г. В документе от 1738 г. указывается и то, что в Кузнецк прислали «…по указу ис Сибирской Губернской канцелярии …ис Тобольска …пороху пушечного дватцат пять пуд, ручного пороху дватцат пять пуд, да …ис Нарымской канцелярии свинцу пятдесят пуд» [24]. Видимо, часть этих боеприпасов предназначалась для укрепленных пунктов Кузнецкой линии.

В 1738 г. в Кузнецк переводится рота Сибирского драгунского полка в количестве 102 человек под командованием поручика Петра Фадеева [25]. В 1745 г. в город прибыла еще и рота Олонецкого драгунского полка [26]. В этом году в Кузнецке было 12 орудий: 4 медных и 8 чугунных пушек калибром от 1/6 фунта (5-лотовые) до 3,5 фунта [27]. Интересно, что 5‑лотовые пушки, скорее всего, прибыли в город вместе с ротой Олонецкого драгунского полка, так как раньше их в городе не было. С 1701 г. на вооружении российских драгунских полков уже находились легкие пушки и мортиры, которые перевозились «на седлах мортирных» [28]. В укрепленных пунктах Кузнецкого ведомства на 1745 г. насчитывалось 13 пушек [29]. Если сравнивать показатели по артиллерии Кузнецка 1738 и 1745 гг., то можно сделать вывод, что в 1745 г. произошла практически полная замена пушек. Были оставлены только 2 орудия — медная 2-фунтовая и чугунная 3-фунтовая пушки, а 10 пушек были новыми. Видимо, это связано с подготовкой сооружения новой Колывано-Кузнецкой укрепленной линии, которая должна была протянуться от Усть-Каменогорска до Кузнецка.

 Данными о наличии артиллерии в Кузнецке во второй половине XVIII в. мы не располагаем. В этот период значительно усиливается китайская военная опасность, особенно после 1758 г., когда войска Цинской империи разгромили Джунгарию и вплотную подошли к границе российских владений в Западной Сибири. В этой ситуации было принято решение укрепить некоторые старые пограничные и приграничные города, одним из которых и являлся Кузнецк.

В 1798-1800 гг. в городе Кузнецке началось строительство двух современных военных объектов — так называемой «Болотной» цитадели и крепости на Вознесенской (или Маяковой) горе. В крепости находился и артиллерийский гарнизон, и определенное количество орудий различных калибров. Но это уже тема отдельной работы.

Подводя итог, мы можем сделать вывод, что орудия и пушкари в Кузнецке появились не сразу, а только в 1630-е гг. В течении XVII – перв. пол. XVIII вв. идет процесс модернизации артиллерии и увеличения количества орудий, и как следствие, увеличивается и количество обслуживающего персонала при них. Это было связано и со строительством новых укреплений в городе, и с сооружением новых укрепленных пунктов на линии.

 

Примечания

 

1. Например, Миллер Г.Ф. История Сибири. М.; Л., 1937. Т.I. № 96. С. 453; Миллер Г.Ф. История Сибири. М.; Л., 1941. Т.II. № 156. С. 257-258.

2. Например, Миллер Г.Ф. История Сибири. М.; Л., 1937. Т. I. № 97. С. 453; Там же. №98. С.454; Миллер Г.Ф. История Сибири. М.; Л., 1941. Т. II. № 154. С. 256.

3. РГАДА. Ф.214. Е.хр. 458. Л. 81-82, 84.

4. Газенвинкель К.Б. Книги разрядные в официальных их списках, как материал для истории Сибири XVII века // Известия общества археологии, истории и этнографии при Императорском Казанском университете. Казань, 1892. Т. X. Вып.6. С. 597 (Табл.XXII).

5. Прибыльные дела сибирских воевод и таможенных голов XVII-начала XVIII века. Новосибирск, 2000. № 3 (I). С. 84.

6. Газенвинкель К.Б. Книги разрядные… С. 595 (Табл.XIV).

7. Сергеев В.И. Железоделательное производство в Томске и Кузнецке в первой трети XVII века // Русское население Поморья и Сибири (Период феодализма). М., 1973. С. 126.

8. Первое столетие сибирских городов XVII века (История Сибири. Первоисточники). Новосибирск, 1996. Вып.VII. № 24. С. 71-72.

9. Костров Н. Город Кузнецк (историко-стат. очерк). Томск, 1879. С. 19.

10. Чертежная книга Сибири, составленная тобольским сыном боярским Семеном Ремезовым в 1701 году. СПб., 1882. Л. 12.

11. Огурцов А.Ю. К вопросу о датировке чертежа «града Кузнецкого» С.У. Ремезова // Кузнецкая старина. Новокузнецк, 1993. Вып. I. С. 105.

12. Лучшева Ю.Б., Ширин Ю.В. Эволюция укреплений Кузнецка в XVII-XVIII вв. // Аборигены и русские старожилы Притомья. Кемерово, 2002. С. 260.

13. Там же.

14. РГАДА. Ф. 214. Оп. 3. Е. хр. 1080. Л. 5-9.

15. Там же. Л. 7-8.

16. Там же. Л. 8.

17. Там же. Л. 5.

18. Первое столетие… № 51. С. 144.

19. Кирилов И.К. Цветущее состояние Всероссийского государства. М., 1977. С. 280.

20. Миллер Г.Ф. Описание Кузнецкого уезда Тобольской провинции в Сибири в нынешнем его состоянии, в сентябре 1734 года // Сибирь XVIII века в путевых описаниях Г.Ф. Миллера (История Сибири. Первоисточники.) Новосибирск, 1996. Вып. VI. С. 22.

21. Там же. С. 23.

22. Там же. С. 22.

23. РГАДА. Ф. 517. Оп. 1. Е. хр. № 94. Л. 8об.-12.

24. Там же. Л. 10.

25. РГАДА. Ф. 517. Оп. 1. Е. хр. № 99. Л. 1.

26. Конюхов И.С. Кузнецкая летопись… С. 32.

27. Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 2. Оп. крепостная. № 966. Л. 3.

28. Строков А.А. История военного искусства. СПб., 1994. Т.4. С. 25.

29. Архив ВИМАИВ и ВС. Ф. 2. Оп. крепостная. № 966. Л. 4об.-6об. (Материалы из архива ВИМАИВ и ВС предоставлены Н.А. Кузнецовым, за что мы ему весьма признательны).


Источник: «Кузнецкая старина». Выпуск 5. Новокузнецк, 2003.



Источник: http://www.admnkz.ru/document.do?id=93273
Категория: Кауфман А.О. | Добавил: ostrog (2009-06-26) | Автор: Кауфман А.О.
Просмотров: 2370 | Рейтинг: 0.0 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

 

Login Form

Поиск по каталогу

Friends Links

Site Statistics

Рейтинг@Mail.ru


Copyright MyCorp © 2006
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz