НОРМЫ ОБЩЕРУССКОГО ПРАВА В ДЕЛОПРОИЗВОДСТВЕННОЙ ДОКУМЕНТАЦИИ СЛУЖИЛОГО НАСЕЛЕНИЯ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ (КОНЕЦ XVI – НАЧАЛО XVII В.) - Тимохин Е.А. - Т - Каталог статей - Города и остроги земли Сибирской
Site Menu

Категории каталога
Татауров С.Ф. [3]
ТИМОНИН Е.И. [1]
Тимохин Е.А. [5]
Ткалич А.И. [1]
Толкачева Н. В. [1]
Трухин В.И. [3]
Тураев В. [2]
Тычинских 3.А. [1]

Роман-хроника
"ИЗГНАНИЕ"

Об авторах
Иллюстрации
По страницам романа
Приобрести
"Сказки бабушки Вали"


Site Poll
Оцените мой сайт
Всего ответов: 1203

Начало » Статьи » Т » Тимохин Е.А.

НОРМЫ ОБЩЕРУССКОГО ПРАВА В ДЕЛОПРОИЗВОДСТВЕННОЙ ДОКУМЕНТАЦИИ СЛУЖИЛОГО НАСЕЛЕНИЯ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ (КОНЕЦ XVI – НАЧАЛО XVII В.)

Данное исследование является попыткой установить взаимосвязь между нормами законодательных источников Западной Сибири (наказы, грамоты), которые затрагивают те или иные аспекты деятельности служилого населения, и нормами общерусского права.
Нами были использованы следующие методы: историко-сравнительный, методы дипломатического анализа актового материала (5, 26 – 48; 6,173 – 176). Содержанием исследования стал анализ Судебника 1550 года и наказов и грамот. Грамоты – документы, регламентирующие отношения вышестоящих лиц и учреждений с нижестоящими, и предписания по конкретным вопросам(2, 134). Грамоты в 17 веке были гораздо конкретнее указов и несли распоряжения более частного характера(2, 134).
Наказы представляли собой письменные предписания и распоряжения, которые исходили от Сибирского приказа или от разрядных воевод нижестоящим или служилым людям, приказчикам (2, 134). Наказы и такой вид источников как памяти создавались в Москве определенным подьячим, который специализировался на вопросах управления регионом (9 ,21). Данный вид источников имеет более конкретный характер, по объёму в несколько раз превосходит грамоты и другие делопроизводственные документы того периода (2, 134). Наиболее полно метод формулярного анализа был разработан С.М. Каштановым (4; 5). Историком А.А. Бродниковым он был применен при анализе формуляров делопроизводственной документации Восточной Сибири (период – 17 век) (2, 134 – 147).
Формуляр грамоты: 1) адресант («От царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии...») 2) адресат («...в Сибирь, в Енисейский острог...); 3) информативная часть (narratio) – изложение обстоятельств дела; 3) распоряжение (dispositio) – («И как к тебе ся наша грамота придет, и ты б...»); 5) дата. Формуляр наказа: 1) дата; 2) обоснование; 3) адресант; 4) адресат; 5) информативная часть, но она присутствует лишь в некоторых случаях и описывает события предыдущего промежутка времени и объясняет причину появления документа; 6) инструктивная часть; 7) предупредительная часть – мера ответственности адресата за невыполнение наказа (2, 134 – 135). Данная методика применима к документам, которые затрагивают разные стороны деятельности служилого населения Западной Сибири в изучаемый период.
В указанный период основными источниками права был – Судебник 1550 года (11, 24 – 37). Вместе с тем, в 1606 г была произведена попытка принять новый Судебник, но он не был принят (11, 36).
Служилое население Западной Сибири в конце XVI – начале XVII века формировалось, как правило, за счёт отправленных на «вечное житье» отрядов правительственных войск из ближайших, в основном северных городов России и специально сформированных на добровольных началах (8, 26). В дальнейшем гарнизоны служилых людей в течение первой половины XVII века пополнялись посредством отрядов, которые были сформированы в восточных и северных городах России и переведенные на «вечное житье» в Сибирь (8, 30). Высшее звено: воеводы – как правило, представители боярской и дворянской знати (1, 262; 8, 50; 3, 126 – 127). Другие категории служилого населения формировались либо путем набора, либо посредством перевода или они являлись таковыми по происхождению: «по отечеству», то есть дети боярские (8, 30, 50). К служилому населению также относились и иноземцы – ссыльные (т.н. литва), служилые татары, местная татарская знать и новокрещеные (8, 27, 50 – 51; 3, 94).
Характер служебной деятельности определялся соответствующим комплексом прав и обязанностей. Права и обязанности можно разделить в целом на несколько групп: 1) военно-административные (охрана острогов, городов, посольская служба, сбор ясака и так далее); 2) административно-хозяйственные (прибор пашенных крестьян, транспортировка грузов, винный прием и продажа и так далее). В отношении местного населения права и обязанности служилых людей, как правило, сводились к сбору ясака, охране ясачных волостей, привлечению местного населения к службе (8, 27, 84 – 103).
В течение конца XVI – начала XVIII века основной тенденцией межэтнических отношений было отсутствие вмешательства центральной и местной власти в «дела ясачных волостей, где продолжали действовать местные феодалы или представители патриархальной родо-племенной верхушки» (10, 168).
Процедуры и основные права и обязанности сторон фиксировались в грамотах и наказах. Их анализ позволяет сказать: при составлении данных документов чинов-[75]ники сибирского приказа могли руководствоваться нормами обязательственного права. Грамоты и наказы могли представлять собой единый комплект документов конкретно-нормативного характера. На это обстоятельство указывает тот факт, что в некоторых наказах имеются формулировки такого плана: «Беретчи государевых дел во всем по государевым по прежним и по нынешним наказом, и по грамотам» (9, 40). Те в данном случае имеет место ссылка на прежние документы: не только наказы, но и на грамоты. Кроме того в ряде наказов и грамот имеется формулировка – «смотря по тамошнему делу» (7, 356, 372 – 373; 9, 37 – 38, 40). Данная формулировка фиксируется как в нарративной, так и в распорядительной части документов, при этом в разных контекстах. Так в грамоте от 20 января 1604 г. сургутскому воеводе Головину и голове Писемскому о строительстве Томска указывается (в диспозитивной части): «А приведчи к шерти и напоя и накормя, отпустили б есте его к себе в Томскую волость, а с ним послали наших служивых людей, сколь будет человек пригож, смотря по тамошнему делу» (9, 37). В данном случае формулировка отражает количественный состав посылаемых служилых людей. В наказе сургутским воеводам Волынскому и Благому от 16 февраля 1608 года данная формула упоминается в контексте связи с наказами и грамотами: «по прежним и по нынешним наказом, и по грамотам, и смотря по тамошнему делу»(9, 40). В данном случае можно говорить о более широкой трактовке данной формулы, то есть устойчивого выражения, переходящего из одного документа в другой (5, 30). Это означает, что служилое население могло аппелировать в ряде случаев к общерусским нормам права. В частности Н.Н. Симачковой при изучении становления системы воеводского управления в Сибири в конце XVI – начале XVII в. было доказано, что первые воеводы действительно ссылались на нормы общерусского права (12, 16). Увидеть данную связь можно на примере анализа других компонентов.
Компоненты формуляра грамот как адресат (intitulatio) адресант inscriptio идентичны в большинстве грамот, адресат: «От царя и великого князя...», адресант: «в Сибирь...» далее упоминается город, имя воеводы и головы, адресат мог быть более конкретным: название города (7, 338, 354, 358,361 – 387, 399 – 402; 9, 37 – 38). Следовательно, каждая из грамот при выдаче подьячими считалась дополнением к нормам Судебников. То же самое можно сказать и о некоторых наказах, где в структуре формуляра есть идентичные элементы: адресат и адресант (7, 355; 9, 38). Подобная структура формуляра может отражать нормы ст. 97 Судебника: «А вперед всякие дела судити по сему Судебнику и управа чинити по тому, как царь и великий князь в сем Судебнике с которого дни уложил» (13, 176). В частности это соотношение адресата грамот и титула царя в Судебнике: «От царя и великого князя» и «царь и великий князь». При этом для развития права данного периода было характерно следующее: после введения норм Судебника 1550 года каждый последующий закон приписывался к Судебнику в соответствии со ст.98: «А которые будут дела новые, а в сем Судебнике не написаны... и те дела в сем Судебнике приписывати» (11, 33; 13, 176). Рассмотрим данную проблему в более узком аспекте – сбор ясака.
Вопрос о взимании дани (или ясака) появляется уже в первых документах. Так, в грамоте от царя Федора от 1586 г. в повествовательной части в отношении местного князя Лугуя указывается: «Привести ему дань впервые на Вымь к приказному человеке и целовальнику...» (7, 338). Сама практика взимания дани, то есть ясака, была заимствована царской властью из татарских ханств и представляла собой уплату дани в виде пушнины (14, 136; 3, 76). Порядок выплаты ясака мог определяться в рамках распоряжений, исходящих от вышестоящей инстанции. В грамоте царя Федора от 1586 г. порядок выплаты оговаривается как в нарративной (повествовательной), так и в распорядительной части и обобщен формулой «пожаловать»: «... Лугуя князя ... пожаловали: ... велели имати в Вымской земле, по нашему жалованию, приказным людем, кому будет приказано» – в нарративной части (7,337). Формула «пожаловать» в грамотах встречается в таких вариантах – «пожаловать», «пожаловати», «пожаловали» (7, 353, 366, 372). В грамоте царя Федора данной формулой в обеих частях документа формулой оговорены следующие распоряжения: порядок взимания дани, место сбора, распоряжение местным воеводам не применять силу, не требовать дани, поминок и посулов (7, 337 – 338). Связь с нормами Судебника 1550 года следующая. Формула «пожаловать» сближает нормы, которые ею фиксируются с нормами вещного права (пожалование) и с процедурой выдачи льгот, то есть ст. 43 Судебника 1550 (13, 153). Упоминается круг лиц, которые были связаны обязательством выплаты: «его братье или племянником» – в данном случае это наличие коллективной ответственности. Её правовое содержание – ст. 22: «Учнут искати на наместникех или на волостелех и на их людех по жалобницам», т.е. распространение ответственности за обязательства на слуг господина (13,147).
Регулирование процедуры сбора ясака посредством наказов, грамот и указов можно считать продолжением усиления в XV — XVI вв. хозяйственной функции государства, которая заключалась в «издании различного рода грамот, указов, наказов, регламентировавших порядок хозяйственной деятельности страны, систему пошлин и льгот, стимулирующих развитие определенных ремесел и промыслов» (11,118).
С позиции «пожалования» вопрос об уплате ясака рассматривается в некоторых наказах. Так нормой наказа Мангазейским воеводам в 1601 году предписывалось: «И говорить тем самоядцом и остяком, которые учнут государю служити ... государь их за то пожалует и в ясаку велит польготить» (7, 394). «Польготить» т.е. уменьшить размер сбора. Нормой наказа сургутским воеводам от 1608 года предписывалось: «царьское величество их пожаловал ... ясаков лишних имати с них ... не велел» (9, 39). То есть с современной позиции категория «пожалование» норм наказов и грамот могла быть элементом обязательственного и вещного права. Тем более что в XV — XVII вв. пожалование считалось одним из основных способов приобретения вещных прав (11,121). Таким образом, уплата ясака – одна из форм правовых отношений, основанием которых могли быть нормы наказов и грамот, а также указы. Так, в наказе князю Ф. Елецкому от 10 февраля 1595 года «с ясашных людей ... ясак збирати по государеву указу» (7, 356). Можно говорить, что пожалование в условиях Западной Сибири становится элементом обязательственных отношений. Подобная тенденция в развитии правового статуса ясака свидетельствует о проведении последовательной политики царизма в отношении к ясачному населению, которая наряду с другими факторами способствовала в целом развитию мирных отношений «русского и нерусского народов в рамках единой государственности» (10,167).
Таким образом, анализ правового статуса ясака показывает, что нормы наказов и грамот, адресованных западносибирским воеводам и головам, служилому населению могли представлять собой единый комплекс нормативных документов, которые дополняли существующие норм права, и частично воспроизводили их.

[76] Список литературы

1. Бахрушин С.В. Научные труды: В 4 т. – М., 1955. – Т.3. Ч.1.
2. Бродников А.А. Документальные источники о взглядах служилых людей Восточной Сибири XVII в. на свои права и обязанности // Источники по истории общественного сознания и литературы периода феодализма. – Новосибирск, 1991. – С. 134 – 147.
3. История Сибири. В 5 т. Т.2. – Л., 1968.
4. Каштанов С.М. Русская дипломатика. – М.,1988.
5. Каштанов С.М. Очерки русской дипломатики. – М., 1970.
6. Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования. – М.,1987.
7. Миллер Г.Ф. История Сибири. В 2 т. Т. 1. – М, 1999. Приложения
8. Никитин Н.И. Служилое население в Западной Сибири 17 века. – Новосибирск, 1988.
9. Первое столетие сибирских городов. XVII век. Серия: История Сибири. Первоисточники. – Вып. VII. – Новосибирск, 1996.
10. Преображенский А.А. Урал и западная Сибирь в конце XVI – начале XVIII века. – М., 1972.
11. Развитие русского права в XV – первой половине XVII в. – М.,1986.
12. Симачкова Н.Н. Становление воеводской системы управления в Сибири в конце XVI – начале XVII вв.: Автореф. дис. ...канд. ист. наук. – Тюмень, 2002.
13. Судебники 15-16 веков [Текст]. – М.-Л.,1952.
14. Трепавлов В.В. «Белый царь»: образ монарха и представления о подданстве у народов России XV – XVIII вв. – М., 2007.

Воспроизводится по:

III Емельяновские чтения: Миграционные процессы и межэтнические взаимодействия в Урало-Сибирском регионе: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Курган, 27-29 марта 2008 г.). – Курган: Изд-воКурганского гос. ун-та, 2008. – 142 с.

Категория: Тимохин Е.А. | Добавил: ostrog (2013-11-12)
Просмотров: 564 | Рейтинг: 3.0 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

 

Login Form

Поиск по каталогу

Friends Links

Site Statistics

Рейтинг@Mail.ru


Copyright MyCorp © 2006
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz