ИСТОРИЧЕСКОЕ СТАНОВЛЕНИЕ КУЛЬТУРНЫХ ТРАДИЦИЙ В СИБИРИ В XVII ВЕКЕ - Сизикова И.В. - С - Каталог статей - Города и остроги земли Сибирской
Site Menu

Категории каталога
Савосина Н.Г. [1]
Садовникова А.А. [1]
Санжиева Т.Е. [1]
Санников А.П. [1]
Сафронов Ф.Г. [1]
Седельников В. [1]
Сельский И. [1]
Семенов О.В. [1]
Семенова В.И. [1]
Сергеев О. И., Чернавская В. Н. [1]
Сизикова И.В. [1]
Силаева И.А. [1]
Симачкова Н.Н. [1]
Симбирцева Т.М. [2]
Скобелев С.Г. [4]
Скобелев С.Г., Чуриков Р.С. [2]
Скобелев С.Г., Шаповалов А.В. [1]
Скульмовский Д. О. [3]
Словцов П.А. [1]
Смирнов Д.И. [1]
Смирнов М.В. [1]
Соколовский И.Р. [2]
Солодкин Я. Г. [32]
Соломин А.В. [1]
Сорокин Н. В. [1]
Софронова М.Н. [1]
Спасский Г.И. [1]
Старков В.Ф. [1]
Степанов Д. [1]
Строгова Е.А. [1]
Струков Д. П. [1]
СУВОРОВ Н. [1]

Роман-хроника
"ИЗГНАНИЕ"

Об авторах
Иллюстрации
По страницам романа
Приобрести
"Сказки бабушки Вали"


Site Poll
Оцените мой сайт
Всего ответов: 1203

Начало » Статьи » С » Сизикова И.В.

ИСТОРИЧЕСКОЕ СТАНОВЛЕНИЕ КУЛЬТУРНЫХ ТРАДИЦИЙ В СИБИРИ В XVII ВЕКЕ

Историческое развитие и становление традиций в сибирской культуре шло по нескольким направлениям: создание традиционных архитектурных форм при строительстве городов, книжная культура, иконописание и установление праздников, связанных с теми или иными народными национальными событиями края. Этот процесс начал формироваться с возведения первых сибирских городов, а также с контактов русских переселенцев с автохтонным населением края.
 [6] Сибирский город по своей сути уже являлся символом государственной власти, где были сосредоточены основные управленческие структуры: воевода, приказной аппарат, военный гарнизон, сборщики податей. Практически во всех русских городах существовали культовые сооружения, несущие в себе как религиозное, так и государственное значение, поскольку православие являлось единственной официальной религией Русского государства.
Уже первые русские города-крепости в Сибири возводились по классическим древнерусским традициям, в основе которых были заложены не только оборонительные принципы, но и монументальность, величественность, несущие в себе смысловую нагрузку [1]. Преимущественно они возводились на крутом береговом склоне и были видны с довольно большого расстояния. Их окружали деревянные стены с крепостными башнями и въездными воротами. Наверху башен обычно помещался рубленный из дерева крест или герб в виде двуглавого орла [2]. На центральных башнях висели колокола и «боевые часы» [3].
О том, какое значение придавало аборигенное население городским сооружениям, говорит конфликт между пелымским воеводой и местными аборигенами, отказавшимися принять участие в восстановлении Пелыма после пожара. Известно, что в результате пожара в 1621 г. все городские строения Пелыма оказались уничтожены. Восстановление города затянулось на несколько лет, что негативно отразилось на взаимоотношениях местных аборигенов к указаниям пелымского воеводы Ивана Вельяминова, который в 1623 г., заступив на воеводство, направил требование старшинам княжества Большой Конды прибыть в город. На это один из «лучших людей» кондинских вогулов Ортюга Танаев вместо себя прислал «худых людишек вагуличей», а те заявили воеводе: «На Пелыми города нет». Не откликнулись они и на повторное приглашение Вельяминова явиться на встречу с ним. Все это говорит о том, что внешний облик сибирских городов имел не только оборонное, но и политическое значение, поскольку воспринималось аборигенами как мощь Москвы [4].
Но в то же время практически все сибирские деревянные города были подвержены пожарам. Так, в Тобольске начиная с 1600 г. и до 1643 г. произошло несколько опустошительных пожаров, после чего город отстраивался заново. В 1644 г. начинается новое (пятое по счету) строительство города, но 29 мая 1677 г. Тобольск сгорает вновь. В 1678 г. он ставится уже шестым по счету городом-кремлем с мощными стенами, девятью башнями и встроенной в стену Вознесенской церковью. И вновь 7 августа 1680 г. при очередном пожаре выгорает практически весь город [5].
Первые каменные сооружения возводятся не на воеводском, а на митрополичьем дворе. «Сибирский летописец» сообщает на этот счет, что в 1674 г. «того ж года июля в 12 день преосвященнейший [7]Корнилий, митрополит Сибирский и Тобольский, поставил на своем святительском дворе палату первую каменную» [6]. В литературе они известны как палаты митрополита Корнилия, или «митрополичьи палаты» [7]. Но и они погибли в пожаре 29 мая 1677 г. Активное каменное культовое строительство началось в Тобольске при митрополите Павле (1678 – 1691 гг.), который предпринял поиск строительных материалов и обратился с письмом к царю Федору Алексеевичу за разрешением о продолжении каменного строительства в Сибири [8]. В ответ на это царь Федор направляет 28 апреля 1680 г. грамоту тобольским воеводам А.С. Шеину и М.В. Приклонскому, в которой дает согласие на строительство каменного собора во имя Премудрости Святой Софии. За образец было рекомендовано взять Вознесенскую церковь Московского кремля: «Против образца, какова на Москве в Кремле, девичьем монастыре... А какова Вознесенская церковь мерою кругом и в вышину и тому посланы... вам образцы и сметные росписи и чертежи» [9]. Датой окончания строительства кафедрального собора принято считать 27 октября 1686 г., когда он был освящен «в память Успения Божией Матери» [10]. Одновременно с тем в начале 1681 г. началось строительство митрополичьего дома «на заложенном фундаменте прежде», которое закончилось к 1691 г. В тот же период по инициативе митрополита Павла вокруг Софийского двора возводится ограда с зубцами поверху и башнями (протяженностью в 620 м и высотой 4,3 м) [11].
Таким образом, Софийское подворье как архитектурный комплекс сложилось в промежутке между 1681 – 1699 гг., став начальным этапом последовавшей затем модернизации всей тобольской кремлевской застройки в нагорной части города. В период с 1683 по 1691 г. в Тобольске возводятся другие каменные церкви: Преображенская – в Знаменском монастыре; Богоявленская – на нижнем посаде возле Прямского ввоза; Троицкая – заложена «подле городовой стены»; Знаменская – в селе Абалак. Важным фактором по распространению культурных традиций в Сибири было открытие монастырей, которые стали появляться за Уралом с прихода сюда первых русских переселенцев. А.С. Пушкин в «Заметках по русской истории» (1822 г.) писал по этому поводу: «Мы обязаны монахам нашей историей, следовательно, просвещением» [12].
А.И. Сулоцкий писал, что на момент открытия Сибирской епархии среди действующих значились следующие монастыри: в Тобольске – Успенский (преобразован затем в Знаменский); в Тюмени – (1616) Преображенский; в Березове – Воскресенский; в Туринске – (1604) Покровский; в Верхотурье – (1604) мужской Николаевский и женский Покровский монастыри; на реке Нейве – Введенский; на реке Тагил – Рождественский [13].
В дальнейшем при архиепископе Герасиме (1640 – 1650 гг.) были открыты следующие монастыри: в Томске – Успенский
(преобразован во имя Казанской Божией Матери); в Енисейске – [8] Спасский; в Шадринском уезде – Долматовский; в Ялуторовском округе на р. Исети – Рафаиловский; под Красноярском – Введенский; в Кузнецке – Христорождественский. Всего на тот период в епархии существовало 18 мужских и женских монастырей [14]. Но, по подсчетам Н.С. Половинкина, в течение конца XVI – XVII в. в Сибири возникло 36 монастырей. «Однако именно с конца XVI в. правительством был взят курс на ограничение роста церковного землевладения» [15].
Именно в монастырях началось развитие книжной культуры, основанное на собрании богослужебных книг. Так, уже к началу 70-х гг. XVII в. Кондинский Троицкий монастырь обладал довольно значительной библиотекой, в которой насчитывалось 43 книги, большинство из которых были печатными, а часть – рукописными. Наряду со служебной, в монастырской библиотеке было немало богословской и четьей литературы. Многие из них были подарены в монастырь в разное время сибирскими владыками [16].
Вместе с привозной литературой в монастырях практиковалось при необходимости переписывать те или иные необходимые издания, что являлось одним из путей распространения литературы в Сибири в XVII в. В их числе были книги по космографии, степенные книги, книги жития, сочинения о путешествиях, о народах, населявших Сибирь, описание земель, что явилось предпосылкой возникновения сибирских летописей [17].
Основы библиотеки при Софийском архиерейском доме заложил первый Сибирский архиепископ Киприан. Первоначально в ней находилось 11 книг: Евангелие, Служебник, Апостол, две Октаи, Триодь постная, Минея общая, Псалтырь, Часовник и Шестодневец. Большинство книг были присланы по завещанию архиепископа Киприана из его личной библиотеки. Практически все сибирские владыки, управлявшие епархией в XVII в., жертвовали или оставляли по завещанию для архиерейского дома свои личные книги, а иногда и собственные рукописи. По описи 7 января 1636 г., составленной после смерти архиепископа Макария, в его личном пользовании находилось 27 книг богослужебного характера [18]. Более ста книг было в личной библиотеке архиепископа Герасима, среди которых имелись и светские книги, такие как «Алфавит», «Степенная книга», «Хронограф». Отличалась разнообразием библиотека митрополита Игнатия, содержащая 238 книг. В 1651 г. библиотечный фонд Софийского дома уже насчитывал 101 печатную и рукописную книгу главным образом религиозного характера [19].
Важным фактом становления культурных традиций в Сибири стал «Синодик», записанный со слов сподвижников Ермака дьяком Софийского дома Саввой Есиповым по указанию архиепископа Киприана, что явилось первым шагом к составлению сибирских летописей. Хотя данной точки зрения придерживаются далеко не все исследователи, но, по мнению академика Д.С. Лихачева, именно [9] Киприаном была составлена первая сибирская летопись, получившая название «Есиповской» в одной из своих редакций [20]. И в дальнейшем под влиянием Есиповской летописи возникла «Повесть о городах Таре и Тюмени», авторство которой так же приписывают Савве Есипову [21].
Как видим, в XVII в. достаточно активно велись фиксация основных событий и в ряде случаев их толкование с позиций авторов того времени [22]. Постепенно традиция летописания закрепилась не только при Софийском доме, но и в воеводских избах. Известно, что сибирское летописание велось уже при воеводе А. П. Головине, а затем при воеводе А. Ф. Нарышкине [23]. Известно, что во второй половине XVII в., при воеводском дворе в Тобольске числившийся как сын боярский подьячий С.И. Кубасов был создателем особой редакции «Повести книги сея от прежних лет».
Все это говорит о том, что уже в первой половине XVII столетия в Сибирь были привнесены традиции летописной культуры, получившие свое развитие как среди церковных иерархов, так и среди представителей гражданской власти. В короткий срок традиция городового летописания получила широкое распространение, и уже в середине XVII в., по некоторым сведениям, в Сибири существовало шесть подобных центров (Тобольск, Мангазея, Верхотурье, Тюмень, Красноярск, Иркутск) [24].
Другой формой культурных традиций, привнесенных в Сибирь первыми православными переселенцами, стала традиция иконописания. В сибирских летописях сообщается, что вместе с отрядом Ермака в Сибирь была доставлена походная часовня, в которой имелись взятые судя по всему из вотчин Строгоновых иконы [25]. С началом освоения Сибири русским православным населением одновременно за Урал везли иконы с собой как частные лица, так и духовенство. В Воскресенском соборе города Березова вплоть до начала XX столетия хранились две иконы, пожертвованные в соборную ризницу сибирскими казаками, прибывшими в Сибирь для закладки города в 1592 г.
Первый сибирский архиепископ Киприан привез из Новгорода икону с образом св. Варлаама Хутынского, которая заняла свое место в Тобольском Софийском соборе [26]. Ко времени отъезда архиепископа Киприана из Тобольска в 1624 г. в Сибири было 30 храмов и 12 монастырей. Только в одном Тобольске насчитывалось 14 храмов. В «Дозорной книге» за 1624 г. и «Переписных книгах» 1625 – 1626 гг. перечислены 368 икон, находящихся в Софийском соборе и других храмах Тобольска. По подсчетам Н.Г. Велижаниной, «на основании дополнительных сведений можно предположить, что не менее 200 из них написаны на месте» [27].
К 1624 г. относится первая достоверно датированная сибирская икона Знамения Божией Матери. Она была написана переселившимся из Устюга Великого «иконником» Спиридоном. Примерно в это время [10] в Тобольск приехал искуснейший живописец протодиакон Матфей Мартынов, написавший в 1637 г. икону Божией Матери Абалакской. В 1636 г. архиепископом Нектарием из Ниловой пустыни был привезен в качестве иконописца монах Антоний, который и после отъезда владыки из Тобольска остался «в Софийском дому за иконным писанием». Здесь он занимал штатную должность иконописца Тобольского архиерейского дома до 1645 г., когда по болезни был отпущен в Нилову пустынь. После него эту должность при Софийском доме занимал Ф. Иванов. Надо полагать, архиепископу Нектарию одного иконописца показалось мало, и в 1638 г. по его просьбе для подновления росписей Софийского собора в Тобольск были присланы Дмитрий Бутусин из Сольвычегодска и Первый Цырков из Устюга Великого, остававшиеся в Сибири до 1645 г. [28]. В результате развития иконописания уже в первой половине XVII в. потребности сибирских церквей в иконах в основном удовлетворялись силами местных иконописцев.
Итак, в течение XVII в. в Сибири было распространено влияние культурных традиций, привнесенных из Центральной России, что во многом способствовало укреплению государственности в крае. За всем этим четко видна заинтересованность московского правительства в укреплении православия в Сибири как важнейшего фактора ее освоения. Как было нами показано в исследовании, развитие основ сибирской культуры шло по нескольким направлениям: создание традиционных архитектурных форм при строительстве городов, а также становление книжной культуры и церковного иконописания. Все это в той или иной степени влияло на создание образа государственной власти в сознании жителей Сибири, а также послужило установлению церковных основ православия с целью консолидации населения Сибири и укрепления российского государства.

Литература:

1. Кочедамов В.И. Первые русские города Сибири. – М., 1978.
- С. 47.
2. Крадин Н.П. Русское деревянное оборонное зодчество. – М, 1988. – С. 40.
3. Софронов В.Ю. Откуда земля сибирская пошла. – Екатеринбург, 2001. – С. 130.
4. Вершинин Е.В. О постройке оборонительных укреплений Пелыма в 1623 г. // Проблемы истории России. Вып. 5. На перекрестках эпох и традиций. – Екатеринбург: Волот, 2003.
5. ПСРЛ. – С. 190 – 203.
6. Сибирский летописец. Северный архив. – СПб., 1826. – № 2. – С. 128.
7. Копылов А.Н. Очерки культурной жизни Сибири XVII – начала XIX в. Новосибирск, 1974. – С. 127.
[11] 8. Баландин С.Н. Начало русского каменного строительства в Сибири // Сибирские города XVII – начала XX века. – Новосибирск, 1981. – С. 174 – 196.
9. Сулоцкий А.И. Описание краткое всех церквей, существующих в г. Тобольске. – М., 1852. – С. 90 – 91.
10. Кириллов В. Тобольск. – М., 1984. – С. 44.
11. Копылова С.В. Каменное строительство на Тобольском Софийском дворе в конце XVII в. // Изв. СО АН СССР, № 1. Сер. обществ. наук. – 1976. – Вып. 3. – С. 113.
12. Пушкин А.С. Заметки по русской истории // Пушкин А. С. Полное собрание сочинений: В 10 т. – Л., 1977 – 1979. – Т. 8. – С. 126.
13. Сулоцкий А. Описание краткое всех церквей, существующих в г. Тобольске. Приложения. – М., 1852. – С. 90 – 91.
14. Беликов Д.Н. Старинные монастыри Томского края. – Томск, 1898. – С. 170, 193 – 194.
15. Половинкин Н.С. Западно-Сибирский регион в религиозном отношении и церковные преобразования в XVI – XX вв. // Религия и церковь в Сибири. Сборник научных статей и документальных материалов. – Тюмень, 1993. – Вып. 5. – С. 11.
16. Шашков А.Т. Материалы для изучения церковно-монастырских библиотек Урала и Сибири XVII – начала XVIII в. // Книжные собрания российской провинции: проблемы реконструкции. – Екатеринбург, 1994. – С. 90 – 91.
17. Силаева И.А. Развитие книжной культуры Сибири конца XVI – XVII в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. – Барнаул, 2010. – С. 15.
18. Ромодановская Е.К.  Опись имущества сибирского архиепископа Макария (1636 г.) //  Источники по истории Сибири
досоветского периода. – Новосибирск, 1988. – С. 21.
19. Ситников Л.А. Рукописи тобольского краеведческо- архитектурного музея-заповедника // Сибирская археография и источниковедение. – Новосибирск, 1979. – С. 106.
20. Ромодановская Е.К. Синодик ермаковым казакам (предварительное сообщение) // Изв. Сиб. отд-ния АН СССР. № 11. Сер. обществ, наук. – Новосибирск, 1970. – Вып. 3. – С. 14.
21. Сперанский М.Н. Повесть о городах Таре и Тюмени / М. Н. Сперанский// Труды комиссии по древнерусской литературе Академии наук. – Л., 1932. – Вып. 1.
22. Ромодановская Е.    К.   Избранные труды:  Сибирь и литература: XVII век. -Новосибирск, 2002. – С. 23 – 25.
23. Силаева И.А. Развитие книжной культуры Сибири конца XVI – XVII в. Автореф. дис. ... канд. истор. наук. – Барнаул, 2010. – С.
16.
24. Резун Д.Я. Городовые летописи как источник по истории социальной борьбы и культуры городов Сибири XVII – начала XVIII  [12] в. // Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода. – Новосибирск, 1982. – С. 17 – 47.
25. Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири // Сибирская икона. – Омск, 1999. – С. 194.
26. Велижанина Н.Г. У истоков сибирской иконописи // Культурно-бытовые процессы у русских Сибири XVIII – нач. XX в. – Новосибирск, 1985. – С. 161.
27. Велижанина Н.Г. Иконостасы Тобольска в первой половине 20-х годов XVII столетия: опыт реконструкции по документальным источникам // Русские в Сибири. Культура, обычаи, обряды. – С. 161 – 162.
28. Копылов А.Н. Очерки культурной жизни Сибири в XVII – начале XIX в. – Новосибирск, 1974. – С. 165.

Воспроизводится по:

Научно-теоретический журнал  «Экономические  и  гуманитарные исследования регионов» № 1 2013 г. с. 5 – 12.

Категория: Сизикова И.В. | Добавил: ostrog (2014-04-08)
Просмотров: 562 | Рейтинг: 0.0 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

 

Login Form

Поиск по каталогу

Friends Links

Site Statistics

Рейтинг@Mail.ru


Copyright MyCorp © 2006
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz